Назад в будущее: Мусоргский, Невский и Алексиевич в Штутгарте

0
200

Прошлое никогда не заканчивается, оно только меняет одежды. А мы летим вперед, ослепленные верой в прогресс, и дивимся, когда на новом витке история вдруг подозрительно начинает напоминать дела времен столь давних. Так ведь надо было всего лишь обернуться назад, чтобы увидеть, что именно будущее нам готовит… 

Размышления о прошлом и будущем в контексте исторического летописания и личных воспоминаний являются темой необычной музыкально-драматической постановки на сцене оперного театра Штутгарта. Экспериментальный проект называется «Борис» и представляет собой сплав из классической оперы, Новой музыки и литературы. Как эти трудно совместимые на первый взгляд жанры сосуществуют в рамках одного сценического произведения? На самом деле все гораздо проще, чем может показаться человеку, далекому от классики и уж тем более от инновационных экспериментов по расширению средств ее выразительности. Если вспомнить «Криминальное чтиво» Тарантино, то там истории тоже не пересекаются, но все равно как-то взаимосвязаны. Так и в Штутгарте.

Диалог классика и современников

Обычно на современный лад классику в театре пересказывают режиссеры-постановщики. Режиссерская модернизация происходит, как правило, с помощью современных нарядов, модерновых интерьеров и прозрачных аллюзий на актуальные проблемы современности. В оперном театре модернизация обычно ограничивается сценическим пространством. Из оркестровой ямы продолжает литься музыка согласно оригинальным партитурам классического первоисточника. В оперном театре Штутгарта решили сделать следующий шаг и приблизить к современности не только сценическое действие, но и музыку. Поэтому в качестве модернизатора оперы Модеста Мусоргского «Борис Годунов» был приглашен композитор, специализирующийся на направлении Новой музыки.

Выбор пал на Сергея Невского, москвича из Берлина, который сделал себе имя как один из ведущих и часто исполняемых композиторов своего поколения. Невский также известен сотрудничеством с Кириллом Серебренниковым, который в Штутгарте, как известно, работал до своего домашнего ареста.

Модернизация оперы Мусоргского «Борис Годунов», как следует из информации Штутгартского театра, не касается собственно ее партитуры, она прозвучит без купюр и в авторской редакции. А вот дополнит ее новая композиция, которую создал по заказу театра Сергей Невский. Мусоргского в свое время привлекла история Бориса Годунова как возможность отразить отношения царя и народа, власти и толпы. Инспирацию для своего либретто композитор искал у Пушкина и Карамзина. В опере «Борис Годунов» многоголосый народ представлен в качестве одного из главных действующих лиц. Тема актуальная и поныне… Сергея Невского за инспирацией отправили к текстам белорусского лауреата Нобелевской премии по литературе Светланы Алексиевич.

Советское прошлое годуновской эпохи

«Не устаю удивляться тому, как интересна обычная человеческая жизнь. Бесконечное количество человеческих правд… Историю интересуют только факты, а эмоции остаются за бортом. Их не принято впускать в историю. Я же смотрю на мир глазами гуманитария, а не историка. Удивлена человеком…». Книга «Время секонд хэнд» Светланы Алексиевич завершает эпохальный художественно-документальный цикл «Голоса утопии», в котором собраны воспоминания разных поколений «homo soveticus».

Новомузыкальная композиция Сергея Невского для проекта «Борис» также называется «Время секонд хэнд». Для нее композитор выбрал шесть историй и перевел их на язык партитуры. Пронзительные воспоминания людей, переживших распад советской империи стали музыкой. Все шесть историй, между прочим, женские, что создает противовес тестостероновой годуновской истории, и истории вообще, которую, как известно, пишут мужчины.  

Режиссер Пауль-Георг Диттрих (Paul-Georg Dittrich) перебросил драматургический мостик между Невским и Мусоргским, между Годуновым и Алексиевич. «Борис» – это дистопия о будущем, в котором у людей нет личных воспоминаний, но есть официальная безупречная история. По мере коррозии и распада неоцарской империи будущего с ее атрофированной индивидуальной памятью до сознания людей проникают из руин советской империи конца 20-го века голоса воспоминаний. И вот уже лишенные памяти индивидуумы обретают свою альтернативную судьбу, своего рода вторую жизнь…

Новые пути модернизации классики в Штутгарте начали искать еще до «Бориса». Но в этой постановке, как отметил директор Штутгартского оперного театра Виктор Шонер (Viktor Schoner) на предпремьерной встрече со зрителями, в постановке «Борис» опера получает шанс показать свою историческую аутентичность и доказать свою актуальность. А Новая музыка получила наконец-то шанс выйти из своей традиционной ниши на большую оперную сцену. И все это под звон оригинальных питерских колоколов! Как они попали в Штутгарт? Пусть до премьеры 2 февраля это останется под покровом тайны…

Смотрите также:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here