Государственные криптовалюты: провокация, этап легитимизации или нечто совершенно иное

0
122
Государственные криптовалюты: провокация, этап легитимизации или нечто совершенно иное

Среди множества криптовалют биткойн по-прежнему остается единственной реально децентрализованной денежной единицей нового поколения, к которой — то ли по праву первородства, то ли из интуитивно улавливаемой людьми сущности биткойна, не применяется термин «альткойн», несущий в себе оттенок легковесности и вторичности. Вместе с тем, активно множится число криптовалют, среди которых уже имеются как собственно государственные, так и частные, привязанные к государственным стопроцентным резервированием. Умножение сущностей вносит хаос и размывает смыслы, но меняет ли что-то фундаментально — разбираемся с суверенными токенами и их влиянием на криптопространство.

Венесуэльский токен Petro стал первой государственной криптовалютой и, независимо от её дальнейшей судьбы, этот шаг правительства Венесуэльской Республики уже является фактом истории. Венесуэла создала прецедент, перейдя незримую границу, отделявшую криповалютное пространство от мирового экономического. После запуска Petro стало сложно относиться к криптовалютам как к некоему маргинальному явлению, лежащему за пределами зоны приличий.

Безусловно, у Венесуэлы имеются свои собственные национальные интересы и обстоятельства, продиктовавшие введение государственной криптовалюты, и своё собственное понимание того, как с ней следует обращаться — правила эмиссии, управление курсом и прочие несвойственные идеалам криптоанархизма методы монетарной политики.

Еще несколько лет назад казалось, что достаточно легитимизации криптовалют всего одним государством для срыва лавины безудержной экспансии крипты в мировую экономику. Сегодня мы видим, что требуется нечто большее, и даже частный USDT сыграл большую роль, чем суверенный Petro.

Достаточно вялая реакция криптовалютного рынка на запуск Petro показала, что запуск национальной криптовалюты ничего принципиально не меняет — у экономики не вырастают крылья, а у крипто инвесторов не срывает крышу. На пике интереса к криптовалютам в окружении, наверное, каждого государственного правителя нашелся свой местный энтузиаст, поднимавший тему запуска национальной криптовалюты.

Где-то тему закрыли, где-то отправили на проработку. Вполне возможно, в самом скором времени национальные криптовалюты массово выйдут на рынок и было бы неплохо понимать, чего следует ожидать от такого развития событий, тем более, что и крипторубль периодически возвращается в повестку дня.

В момент первого шока от столкновения с феноменом биткойна реакция российских властей была однозначно запретительной. В 2014 году и Центробанк и Прокуратура РФ высказались более чем однозначно, не доведя, впрочем, эмоциональные заявления до изменений в законодательстве. Сегодня мы наблюдаем сдержанное внимание и попытки осмысления возможного влияния криптовалют на экономику и суверенные интересы страны и её правящей элиты.

Очевидно, что у руководителей российского государства сегодня нет четкого представления, как следует поступить и занятая выжидательная позиция оставляет возможность любого варианта, от запрета криптовалют до запуска в обращение крипторубля. Можно попытаться проанализировать вероятности того или иного решения, но значительно интереснее рассмотреть возможные следствия выпуска российской национальной криптовалюты и её вероятные характеристики.

Во-первых, следует помнить, что ни при каких обстоятельствах не стоит ожидать государственной криптовалюты с фиксированной эмиссией. Это было бы, возможно, самой большой глупостью, фактически означающей рубку сука, на котором держится бюджет.

Во-вторых, было бы странно, если при разработке крипторубля в механизм обработки транзакций не будет заложено автоматическое взимание налогов. Идея автоматизации налоговых сборов имеет потенциал оказаться доминирующим фактором при принятии решения о введении национальной криптовалюты.

В третьих, крипторубль принципиально не может быть реализован в качестве дополнительной национальной валюты, а только и исключительно как часть существующей системы денежного обращения.

Исходя из сделанных предположений о свойствах крипторубля, можно себе представить, что государственной криптовалюте на первом этапе будет отведен некий достаточно узкий сегмент экономики, в котором крипторубль будет обращаться наряду с обычным рублем. Заложенные в механизм обработки транзакций комиссии должны будут предотвратить его использование в несанкционированных целях.

Например, таким сегментом в расчетах может выступить купля-продажа товаров, работ, услуг на внутреннем рынке, реализуемых с НДС. Налог при этом  автоматически ежеквартально взимается с каждого участника расчетов по действующей ставке с разницы полученных и потраченных средств. Получить крипторубли без начисления налога можно только при обмене в государственном обменном пункте и то же самое с «потратить» — эти операции имеют специальный статус и за их проведение взимается фиксированный сервисный сбор в пользу проводящей обмен банковской организации.

При всех рисках практической реализации этой схемы, например, возникновения клиринговых центров, в которых средства клиентов движутся в реестре, без перехода по адресам в государственном блокчейне, она позволяет автоматизировать сбор главного налога — НДС, на собираемость которого сегодня работает большая часть ресурсов государственной налоговой службы.

Стимулировать переход на операции в крипторублях можно, например, пониженной ставкой налога или освобождением от каких-то других сборов. Для расширения сферы оборота крипторубля достаточно добавить транзакциям статусы — «зарплата», «госпошлина» и др., с соответствующими им правилами автоматического удержания в пользу государственных фондов и бюджета. Например, с перевода со статусом «зарплата» в бюджет уходит подоходный налог и делаются отчисления в пенсионный фонд и фонды социального и обязательного медицинского страхования.

Возможно, без практического опыта использования подобной системы она кажется слишком сложной и полной неизвестных опасностей, но если вспомнить, что в блокчейне все ходы записываются, а государственный блокчейн немыслим без достоверной авторизации пользователя, то любая путаница и человеческие ошибки разрешимы алгоритмически программными средствами.

В описанном выше виде крипторубль представляется инструментом автоматизации налоговых сборов и отвечает исключительно интересам государства по совершенствованию контроля над населением и субъектами национальной экономики.

Если предположить одновременный с введением крипторубля вывод из оборота наличных денег, то получается какая-то антиутопия — высоко детерминированное общество с полным контролем государства над денежными средствами граждан и бизнеса.

Добавьте сюда реестры собственности на блокчейнах под гос.контролем и тушите свет. Венесуэльский Petro, созданный для привлечения в страну внешних инвестиций в обход экономических санкций со стороны США, просто миленький зайчик. А как всё хорошо начиналось — биткойн, децентрализация, смарт-контракты, автономные корпорации.

Блокчейн, безусловно, лишь технология и весь вопрос в том, кто и в чьих интересах будет её использовать. Будем ли мы с вами пользоваться биткойнами на безграничных просторах единой планетарной экономики или наше родное государство будет пользоваться нами, контролируя крипторублем — вопрос пока остается открытым.

Впрочем, вся история — это борьба различных групп за свои интересы, текущим результатом которой является сегодняшнее устройство мира. Полезно правильно понимать свой интерес и верно идентифицировать себя со своей группой, чтобы каждым своим словом и делом способствовать формированию отвечающего вашим интересам социума.

Что же касается государственных криптовалют, то, даже имея ту же технологическую основу, что и биткойн с альткойнами, они, похоже, бесконечно далеки от криптовалютного пространства в том смысле, который мы обычно закладываем в это понятие опираясь на знакомство с принципами сети Биткойн — децентрализация, отсутствие инфляции, анонимность.

Государственные криптовалюты будущего, в лучшем случае, существуют, или будут существовать, в перпендикулярной плоскости, не оказывая никакого влияния на криптовалютное пространство. По крайней мере, думать о них как о мостах между традиционной экономикой и крипто сферой или как о попытке перетянуть под гос.контроль криптовалютные операции в биткойнах, было бы ошибкой.

Обсуждая суверенные государственные криптовалюты, чиновники думают о собираемости налогов, о привлечении займов в бюджет, а вовсе не о том, как бы поспособствовать внедрению принципов децентрализованного управления или возможностях граждан избежать инфляционного обесценивания накоплений.

Если вы не государственный чиновник или сейчас не на работе, и мыслите как частное лицо, то, возможно, к числу ваших интересов будет правильно отнести возможность создавать накопления в твердой валюте и право распоряжаться ими по своему усмотрению. Желательно также получать регулярный доход от роста курса валюты накоплений и иметь простую возможность пользоваться своими деньгами. Вот по соответствию этим интересам и оценивайте различные проекты и инициативы — и голосуйте за них, или против них, рублем, долларом, евро, биткойном.

Автор: DZiNTRO

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

7 + 1 =